Защитим имя и наследие Рерихов - том.4.

Рецензии на книги о Рерихах

Юрий Рерих – человек и ученый

Т.О.Книжник
Журнал «Культура и время». 2002. № 4

Так случилось, что у нас на Родине о выдающемся русском ученом-востоковеде и лингвисте, энциклопедисте ХХ века Юрии Николаевиче Рерихе известно не так уж много, в отличие от остальных членов замечательной семьи Рерихов – художника, ученого и путешественника Н.К.Рериха, философа и писателя Е.И.Рерих, художника и общественного деятеля С.Н.Рериха. Отчасти потому, что избранный им жизненный путь не был связан с публичностью, ибо занятия историей и филологией, напротив, требовали углубленности и сосредоточенности, уединенности. Отчасти из-за свойственной нам, русским, манеры пренебрежительно относиться к своим талантливым сородичам и умалчивать их заслуги. Однако труды Юрия Николаевича Рериха по тибетологии, индологии и монголоведению, опубликованные в разных странах мира и на разных языках, уже давно считаются классикой ориенталистики, а его славное имя значится в списках почетных членов многочисленных научных обществ Европы, Азии и Америки. Этот человек, необычайно скромный и простой в общении, не только обладал разносторонними познаниями в самых различных областях – истории, археологии, литературе, этнографии, религии, культурологии, но и в совершенстве знал многие восточные и западные языки, общее число которых было более тридцати.

Публикация эпистолярного наследия Юрия Николаевича Рериха, предпринятая Международным Центром Рерихов к столетнему юбилею ученого[1], позволяет по-новому взглянуть на личность нашего выдающегося соотечественника и освещает доселе неизвестные стороны его жизни и деятельности, иными словами, позволяет увидеть Юрия Рериха не только в ипостаси «кабинетного ученого», погруженного в свои изыскания и оторванного от внешнего мира, но в образе делового человека и умелого организатора, а также любящего сына, друга и брата. Бесценные материалы двухтомника – а это 876 писем – охватывают четыре десятилетия жизни автора, начиная со студенческих лет и до самого его ухода из жизни в мае 1960 года. Почти все они публикуются впервые, и их тематика необычайно разнообразна. Впрочем, как и сама жизнь Юрия Николаевича.

***

Уже первые письма, открывающие книгу, ярко свидетельствуют о том, что Юрий Рерих принадлежал к той удивительной плеяде людей, которые с ранних лет твердо знают свое призвание в жизни. Перед нами – не беспечный студент, а целеустремленный молодой ученый, у которого уже есть своя тема и свое направление в науке. Вот что пишет он из Гарварда родителям, В.А.Шибаеву и брату Святославу:
«Из лекции Ростовцева еще раз убедился, что Средняя Азия – это Египет будущего, в смысле археологических открытий. Меня очень заинтересовали татары и монголы, особенно их былины и песни кочевий»[2].

«За последнее время я много работал над переводом на русский яз[ык] некоторых Упанишад… Занимаюсь также Тибетом, особенно же психическими способностями ламаистского духовенства. Мне бы хотелось впоследствии сделать эту тему предметом специального исследования»[3].

«У меня уже есть тема в области истории Средней Азии. Я хочу дать очерк и переводы персидских трудов по истории Средней Азии. Это будет и оригинально и важно, ибо нам нужно начинать классифицировать добытые результаты в области археологии Средней Азии»[4].

С приездом в Индию для Юрия Николаевича открылись большие возможности для изучения живых диалектов Востока и его древней культуры. Он принимает участие в знаменитой Центрально-Азиатской экспедиции своего отца (к сожалению, в нашем архиве сохранились только три письма этого периода), а после окончания путешествия возглавляет Институт Гималайских исследований «Урусвати», расположенный в долине Кулу (Западные Гималаи), проработав в качестве его директора более 10 лет. Под умелым руководством Юрия Николаевича этот институт, задуманный как научно-исследовательское учреждение по комплексному изучению обширных территорий Азии, очень скоро становится одним из крупнейших научных учреждений Индии.

С деятельностью «Урусвати» связана значительная часть писем, представленных в двухтомнике. Юрий Николаевич ведет переговоры с научными учреждениями, учеными и финансовыми деятелями о совместной научной работе, публикациях, финансировании отдельных проектов. Под его руководством выходят и распространяются периодические издания института – ежегодный журнал «Урусвати» и серия «Tibetica». Много сил отдает он организации биохимической лаборатории, в планах которой стояла тема по созданию противораковых лекарств. Письма В.А.Перцову, биохимику Гарвардского университета, подробно рассказывают о задачах этой лаборатории, планах ее работы, постройке здания, размещении сотрудников и т.п. Знакомясь с ними, мы видим, что Юрий Николаевич вникал во все тонкости обустройства и будущей деятельности лаборатории, однако нехватка средств и прочие трудности не позволили ему довести эту работу до конца.

С мая 1934 по сентябрь 1935 года Юрий Николаевич и Николай Константинович Рерихи участвуют в Маньчжурской экспедиции, организованной Министерством земледелия США. Помимо сбора семян засухоустойчивых растений участники экспедиции занимались археологической разведкой, собирали лингвистический и фольклорный материал, а также старинные медицинские манускрипты. Условия работы экспедиции были очень сложные из-за политической и военной обстановки в этом регионе, а также из-за противодействия двух американских ботаников, сотрудников Министерства земледелия, которые всячески срывали работу экспедиции и распространяли клеветнические заявления о ее руководителе Н.К.Рерихе.

Около полусотни писем написано Юрием Николаевичем за этот период. Возможно, их содержание покажется читателям не слишком интересным в событийном плане, однако они прекрасно характеризуют деловые качества человека, их писавшего: перед нами – умелый руководитель, собранный, организованный, довольно жесткий, когда надо отстаивать свои позиции, и скрупулезный, когда речь идет о финансовых документах или отчетах по приобретению и ликвидации экспедиционного оборудования. Профессионализм этих писем поражает. Подобные отчеты скорее могли бы выйти из-под пера ботаника или бухгалтера, нежели историка и филолога. Благодаря бюрократам из Министерства земледелия США переписка об экспедиционных делах продолжается даже после того, как отец и сын Рерихи в октябре 1935 года возвращаются в Кулу.

Немало писем посвящено тем трагическим событиям, которые развернулись в нью-йоркском Музее Николая Рериха во второй половине 1930-х годов, когда его президент, американский бизнесмен Луис Хорш, решил стать единственным владельцем здания и находящихся в нем бесценных полотен. Для этого он прибегнул к самым постыдным методам – подделке документов, клевете и воровству. Юрий Николаевич, возмущенный творящимся беспределом, активно включается в борьбу против этих злостных инсинуаций. «Быть может, кому-то вопросы чести не представляют значения, – пишет он, – но я должен сказать, что честь моего отца и репутация имени являются для меня той основой, от которой отказаться я не могу и в этом вопросе ни на какие компромиссы не пойду <...> Прошу иметь это в виду, и что в этом деле затронут не только один Н.К., но и мы, его сыновья»[5].

В письмах этого периода Юрий Николаевич предстает перед нами целеустремленным борцом, опирающимся на четкие и достоверные факты. Он не перестает сообщать сотрудникам культурных учреждений Нью-Йорка сведения, опровергающие распространяемую в США клевету о деятельности экспедиции, ссылаясь на публикации и официальные письма Министерства земледелия. Видно, что он очень заботливо относится к хранению документов (впрочем, как и все Рерихи), что позволяет ему обоснованно выступать против всех нападок.

Его размышления о царящих в мире жестокости и насилии, присутствующие на страницах писем 1930-х годов, когда человечество находилось в преддверии Второй мировой войны, вряд ли оставят читателей равнодушными. «Странно, что люди не задумываются о творимых ими разрушениях. Ведь “поднявший меч от меча и погибнет”, и мы видим в России, что многие творцы революции уже казнены тем же народом, именем которого восставали»[6]. «Живем в мире злобы и клеветы, и только на днях разыгралась невиданная газетная кампания, затрагивающая интересы целых стран. Мир содрогается от человеческих попыток разрушить основы своего же благосостояния. Трудно предвидеть, куда все это направляется. Наше дело в N[ew] Y[ork] только отражение мирового пожара, который раздувается безумцами»[7].

Знакомясь с письмами Юрия Николаевича, невольно испытываешь удивление. Казалось бы, чудовищная загруженность организационной работой, бытовые неурядицы и печальная необходимость постоянно противостоять клеветникам и злопыхателям совершенно не оставляют ученому времени для занятий любимой научной работой. Но нет. Постоянно в трудах, не теряющим ни минуты – таким предстает перед нами Юрий Рерих на страницах его эпистол, запечатлевших его работу над знаменитым тибетско-английским словарем с санскритскими параллелями, «Историей Средней Азии», переводами с тибетского и подготовкой к изданию «Голубых Анналов» и «Жизнеописания Дхармасвамина». Он списывается с книжными магазинами Лондона, Парижа и Лейпцига с целью приобретения изданий по вопросам востоковедения, а поскольку его собственные средства ограничены, нередко продает книги из собственной библиотеки в обмен на такие драгоценные источники, как, например, «Сериндия» Аурела Стейна. Консультируется с коллегами-востоковедами – Дж. Туччи, Рольфом Стейном, А.С.Альтекаром.

После ухода Николая Константиновича Рериха в декабре 1947 года Юрий Николаевич с матерью переезжают в Дели, затем в Кхандалу, где проводят почти целый год в надежде получить долгожданные визы из СССР, а в феврале 1949 года отправляются в северо-восточную часть Индии, в Калимпонг. Сразу же по приезде Юрий Николаевич активно берется за организацию Индо-тибетского исследовательского института. Он организует курсы по изучению китайского и тибетского языков, привлекая к преподавательской работе в первую очередь самих носителей языка, встречается с известными учеными. К этому времени и сам Юрий Николаевич – уже всемирно известный авторитет в области лингвистики и филологии, философии, археологии и искусствоведения, чье имя знают не только в Индии, но и в Европе и Америке.

Однако вопрос о возвращении в Россию остается для Юрия Николаевича одним из самых насущных. «Как Вам известно, нами было сделано соответствующее заявление от имени матери моей, Елены Ивановны, двух воспитанниц, сестер Богдановых, и моего в феврале 1949 года, – делится он с З.Г.Фосдик в 1952 году. – С тех пор мы ежегодно запрашивали лично, письменно и телеграфно (с оплаченным ответом), о судьбе нашего заявления, но по сей день ответа не получили, хотя нас и заверяли в благожелательном отношении. Наши устремления остались прежними, и, я думаю, излишне писать о нашей постоянной готовности приложить свои силы и знания. Вы знаете, что я не узкий специалист, а многолетнее всестороннее изучение Среднего и Дальнего Востока, казалось мне, позволяло надеяться на благоприятный ответ»[8].

Это возвращение состоялось в августе 1957 года, уже после ухода из жизни Елены Ивановны, который стал для Юрия Николаевича тяжелым ударом. Не меньшие испытания ждали его и на Родине. Большинство чиновников от науки имели весьма отдаленное представление о его трудах и месте в мировой науке, к тому же многосторонние знания, прекрасное владение языками и потрясающая работоспособность нового коллеги давали повод для зависти и интриг. «Зачем вы сюда приехали?» – не раз слышал он из уст заместителя директора Института востоковедения. Однако Юрий Николаевич не унывал. У него просто не было на это времени. В неимоверно короткий срок, всего за два с половиной года, он сумел возродить разгромленную во времена политических репрессий российскую школу буддологии, возобновил издание серии научных трудов и источников по буддийской философии и культуре, воспитал немало учеников.

Много усилий приложил Юрий Николаевич к тому, чтобы вернуть Родине славное имя своих родителей, в корне изменив общественное мнение о семье Рерихов, которую с подачи правящих кругов считали белоэмигрантами и религиозными фанатиками. Именно он сумел пробить стену бюрократических преград и организовать первую в СССР выставку картин Н.К.Рериха, которая имела огромный успех и прошла в разных городах страны. Именно он, благодаря своему огромному духовному потенциалу, фактически инициировал рериховское движение в России, о чем, наверное, и не подозревают многие современные его участники.

«Выставка все еще открыта, как говорят – “народ не отпускает”, – пишет он Р.Я.Рудзитису. – Действительно, все слои общества отдали должное ей. Как говорят: “Грандиозный успех”»[9]. «Был в Киеве. Встретил очень теплый прием со стороны худож[ественной] общественности. Многие “болеют Рерихом”. Провел три беседы. Была хорошая тел[евизионная] передача, в которой показали 51 картину»[10]. Внимательно знакомясь с письмами, написанными Юрием Николаевичем в последние годы жизни, большая часть которых адресована С.Н.Рериху, Д.Рани Рерих и Р.Я.Рудзитису, мы видим, что он использует любую возможность, чтобы люди смогли больше узнать о Рерихах, их жизни и творчестве: готовит публикации в прессе, выступает с лекциями и беседами и, наконец, ставит вопрос о создании Музея имени Н.К.Рериха на Родине.

***

«Юрий Николаевич – это образ истинного, вдохновенного ученого, мыслителя, человека исключительной духовной гармонии, – писал С.Н.Рерих о своем безвременно ушедшем брате. – Он прекрасно понимал, что высшее достижение человека лежит в самоусовершенствовании личности, что только постоянно работая над самим собою и развивая в себе качества, присущие человеку, стремящемуся к более совершенной жизни, он мог всесторонне обогатить свою специальность и поднять ее над уровнем повседневности»[11].

Хочется верить, что письма, собранные в двухтомнике, помогут читателю ярко представить этот образ, ибо они не только являются своеобразной хроникой жизни и деятельности выдающегося ученого, но и отражают его восприятие мира, его чувства, устремления и размышления. В оформлении книги были использованы редкие архивные фотографии, а также живописные и графические работы самого Юрия Николаевича, созданные им в юные годы и экспонирующиеся ныне в Центре-Музее имени Н.К.Рериха. Справочный аппарат издания представлен примечаниями и указателем имен.


Примечания
1. Рерих Ю.Н. Письма. Т. 1. 1919–1935. Т. 2. 1936–1960. М.: МЦР, 2002.
2. Рерих Ю.Н. Письма. Т. 1. С. 31–32.
3. Там же. С. 35.
4. Там же. С. 36.
5. Рерих Ю.Н. Письма. Т. 2. С. 118.
6. Там же. С. 86.
7. Там же. С. 112.
8. Там же. С. 226–227.
9. Там же. С. 316.
10. Там же. С. 327.
11. Рерих С.Н. Приветствие, направленное в Институт востоковедения АН СССР 15 октября 1962 г. к торжествам, посвященным 60-летию со дня рождения Ю.Н.Рериха / Отдел рукописей МЦР.

 


Copyright © 2008-2024 Санкт-Петербургское отделение Международного Центра Рерихов
Жизнь и творчество Н.К.Рериха | Выставки | Экскурсии | Научное направление | Защита Наследия Рерихов